«Фонари» загашены, что дальше?

Амурское утро
Где-то далеко и высоко принятое решение о прекращении «народной торговли» на границе с Китаем очень скоро больно ударит по каждой амурской семье. В этом утверждении нет ни грамма преувеличения. Дело обстоит так, что Благовещенску просто нечем больше жить, а может и незачем?

«Фонари» загашены, что дальше?

Амурских «фонарей» второй месяц в Китай не пускают, на «кирпичей» заведены уголовные дела, на благовещенской таможне пусто, как в крематории.

Ну что ж, давай посчитаем. Итак, обычный трафик на нашей таможне упал на 90 процентов, то есть «фонарей» из двух тысяч ежедневно пересекавших границу было 1 800. Так как съездить в Китай амурчанин в месяц мог только один раз, получается, что ежемесячно «фонарями» в Хэйхэ отправлялись 54 тысячи человек. В городе всего живет чуть больше 200 тысяч, из них треть, как положено, дети и старики. Не все ездили каждый месяц по разным причинам, значит, их заменяли другие, в общем, практически все трудоспособное население Благовещенска так или иначе было задействовано в этом «народном бизнесе».
Итого:
1. Каждый благовещенец имел по 500-600, а иногда и 700 рублей за поездку, некоторые ездили семьями, раз в месяц неплохая прибавка к небольшой зарплате.

2. Одновременно в Хэйхе люди закупали по очень доступным ценам вещи, особенно детские к школе, да и самому можно было одеться с ног до головы.

В общем, получалось, заработал, отдохнул от повседневки в Китае, оделся и обулся. Это то, что впрямую касается благовещенцев, прозванных «фонарями», видимо потому что на сам перевозимый товар им было «до фонаря»: протащил через стойку баулы, сдал «кирпичу», получил мелкий кэш и с обновками домой.

«Корпичи» — это тоже некий пласт нашего города. Сколько их — мы не знаем, но они тоже были при деле, тоже зарабатывали. Ныне они все безработные.

Сам пункт пропуска, принадлежащий «Амурассо», т.е. Владимиру Сушкову, теряет колоссальные деньги, а ведь там вполне легально работали десятки, если не сотни людей, водители автобусов, пум, катеров и проч. Службы обеспечивающие жизнедеятельность перехода, вплоть до уборщиц. Сам пункт пропуска в Благовещенске выстраивался под этот пассажиропоток. Недавно Сушков закупил новые пумы, ранее пригнал корабль и т.д. Все это теперь никому не нужно.

Дальше идем, Благовещенск потреблял дешевый китайский товар через рынки и магазины, но большая его часть уходила в разные регионы, а деньги приходили, в том числе, в Амурскую область. Их теперь не будет. Одним словом, трудно даже оценить экономический урон, который область и город понесли в результате решения перекрыть границу.

Он колоссален и скажется абсолютно на всех, ибо миллионы рублей получаемые «фонарями» и «кирпичами» моментально выведены из области и теперь окажутся на счетах крупных, чаще всего московских, фирм, которые тот же самый товар завозят крупными партиями и продают в дорогих магазинах, не стесняясь удесятерять цену.

В Москве привыкли покупать китайский ширпотреб под видом европейского эксклюзива в бутиках, но там есть, соответствующие ценам доходы у населения. Что будем делать мы?

Следует тогда вспомнить, что в советские времена, когда граница с Китаем была «на замке», относительное благополучие амурчан обеспечивалось государством. Все понимали, бросать регион на самоокупаемость нельзя. Главное было – сохранить там российскую популяцию, которая своим присутствием защищает несметные богатства Сибири и Дальнего Востока.

В Приамурье никогда не было серьезной промышленности, но партия и правительство решили, что именно у нас наиболее благоприятный для Дальнего Востока климат и объявили область житницей региона. Все сельское хозяйство было у нас всегда убыточное и дотационное, но поддерживалось по причинам, о которых сказано выше.

Кроме того были мощные военные структуры, через финансирование которых жила и область. И наконец, великие стройки типа БАМа.

Потом началась демократия. Военные городки лежат в руинах, сельское хозяйство практически не поддерживается, промышленности как не было, так и нет. Богатства недр подчистую вывозятся.

Но дальневосточники народ крепкий. Они быстро приспособились обеспечивать себя сами. Открылись казино для китайцев, начался челночный бизнес, автомобильный транзит из Японии. 15 лет так и было. Но теперь все изменилось.

Нет, ресурсы региона, как вывозились, так и вывозятся. Миллионы тонн груза транзитом идут через Приамурье. Что имеем мы? Загаженную природу. Наши ГЭС вырабатывают миллионы киловатт электроэнергии, что достается нам? Высокий тариф на электричество. И т.д. и т.п. В довершении всего присылают нам губернаторов-клоунов, которые творят, сами не знают что. Про нынешнего губернатора Кожемяко сказать плохого пока нечего, но предыдущий, казанский, был, мягко говоря, не адекватен сам себе.

В общем, ладно говорят амурчане, все что хотите вывозите, присылайте кого угодно, но дайте нам выживать самостоятельно. Что в ответ? Казино выводят в какие-то зоны, которые где угодно, только не у нас, автомобильный транзит прикрыли, взамен пообещав «жигули» со скидкой. И теперь прикрыли последнюю возможность для выживания.
Что дальше?
В Благовещенске в прошлом году поставили памятник «челноку». Теперь можно подумать о большом памятнике «фонарю». Это будет действительно народные памятники, ведь «фонари» — это мы.