Рыбалка на реке Иня

Охота и рыбалка
У истока из горного озера Хэл-Деги, расположенного на высоте почти километр над уровнем моря, река Иня имеет вид бурного ручья, протекающего в неглубоком скалистом каньоне.

Рыбалка на реке Иня

Правда, непосредственно у самого озера находится тихий, глубокий участок длиной метров двести. Я поднялся до самого озера и, надев гидрокостюм и маску, вошел в воду. Тихое течение подхватывает и плавно несет меня над заросшим темными водорослями каменистым дном. И вдруг я вижу в ямах протоки массу каких-то больших, ненатурально ярких рыб – алых, с зелеными головами. Их здесь несколько сотен. Нерка!

Это не местная рыба, да таким косякам крупной рыбы и не прокормиться в холодном озере, которое в течение 8 месяцев скрыто подо льдом. Серебристая нерка появляется в море у устья реки Иня в начале лета; в реку она заходит в июне или июле. После этого лосось проходит против течения около 300 километров, преодолевая множество перекатов и порогов, буквально на брюхе проползая через мелководья, обходя рыбацкие сети…

Самые яркие, давно зашедшие в пресную воду рыбы стоят у дна – охраняют галечные участки, где будут их гнезда. Самцы патрулируют участок, не подпуская к нему конкурентов и гоняя мелких рыб-икроедов; строит гнездо в основном самка. Ложась на бок, она копает гальку хвостом и отбрасывает ее вниз по течению. Образуется углубление, в которое пара позже отложит икру.

Нерка в брачном наряде — самый яркий из всех лососей. Более тусклые, еще не приобретшие полный брачный наряд рыбы держатся стаями в самых глубоких местах протоки, в толще воды. Кое-где у дна стоят небольшие, зеленоватые, сигарообразные рыбки длиной с ладонь или чуть больше. Это карликовые самцы нерки, которые после выклева из икры на этом же нерестилище не скатились в море, а остались в озере. Эти «карлики» стараются держатся поближе к стоящим на гнездах, гигантским по сравнению с ними самкам в расчете оставить свои гены потомству. Такие мелкие самцы имеют наилучшие шансы на мелководных нерестилищах, где крупные, высокотелые «морские» самцы нерки часто попадают в когти медведей.

Истоки реки расположены на горном плато на высоте около километра над уровнем моря; здесь расположена целая система ледниковых озер, связанных между собой протоками

Рядом с лососями держатся отборные, с огромным спинным плавником озерные хариусы. Скоро нерка начнет метать икру, и тогда хариусам будет чем поживиться – они смогут полакомиться икринками, которые выносит из гнезд течение.

Побывать на реке Иня мне хотелось давно. Расположена эта большая река на северо-востоке Хабаровского края, на границе с Магаданской областью; она входит в охотскую группу рек и является самой восточной из них.

Истоки реки расположены на горном плато на высоте около километра над уровнем моря; здесь расположена целая система ледниковых озер, связанных между собой протоками. С севера это плоскогорье с озерами огибает река Кулу, главный исток Колымы. Из самого крупного водоема, озера Хэл-Деги, и вытекает Иня, которая в верховьях носит название Нонна.

Вертолет высадил нашу группу из 6 человек с 5 надувными лодками на берегу самого нижнего в цепочке озера – Этерген. Ядро нашей группы составляет семейство Андреевых: глава семьи Александр, его жена Кира (оба они ученые-биологи из Магадана) и их дочь Даша (студентка). Я взял на сплав и своего двенадцатилетнего сына Алексея. Шестой участник, Никита Владимиров (студент Новосибирского университета), едет в качестве моего помощника по «рыбным делам».

Во всех озерах района много сибирского хариуса и жилого озерного гольца. Голец этот близок к описанному из водоемов бассейна реки Охота гольцу-нейве, а также к сходным формам гольца из озер материкового побережья Охотского моря (Мак-Мак, Нярка) и Камчатки. Все эти рыбы относятся к арктической группе гольцов, они отличаются ярким, красным или оранжевым брачным нарядом. Все эти «красные» гольцы населяют сходные по характеру озера, где, кстати, также нерестится нерка. К этой же группе гольцов относится обитающий в горных и незаморных тундровых водоемах бассейнов Индигирки и Колымы голец Черского. В два нижних по течению озера, в Этерген и в самое крупное в каскаде, Хэл-Деги, заходит из моря проходной лосось – нерка. Чтобы достичь расположенных на большой высоте нерестилищ, эта сильная рыба проходит против быстрого течения около 300 километров. В озерах она созревает и мечет икру, здесь же в течение нескольких лет перед скатом в море нагуливается ее молодь. Кстати, популяция проходной нерки из озера Хэл-Деги размножатся на высоте 950 метров над уровнем моря – это самое высокое нерестилище данного вида в Азии. Озеро Этегрен имеет длину около километра и состоит из двух округлых плесов, соединенных узкой протокой; с высоты оно похоже на муравья. Кстати, название озера на языке местных жителей, эвенов, и означает «муравей».

В озере Хэл-Дэги голец образовал две четко различающиеся формы, одна из которых может достигать веса более трех килограммов. К сожалению, времени на освоение ловли озерных гольцов не было, нам ведь еще предстояло обследовать всю реку до самого устья, но вот хариусов половили вволю. В озере Этерген хариус в основном не слишком крупный, даже «средние» полукилограммовые рыбы попадаются редко. А вот в крупном озере Хэл-Деги есть гораздо более солидные хариусы. Это, кстати, типичная для Дальнего Востока картина. Прежде всего, в разных по характеру озерах всегда обитают неодинаковые по размерам и внешности хариусы — очевидно, они относятся к различным популяциям. Как правило, перемещения рыб между озерами, которые соединены бурными протоками с большим уклоном, не наблюдается даже в тех случаях, когда эти протоки вполне проходимы для рыб. Крупные хариусы живут в самых больших и глубоких озерах, а в мелководных водоемах длиной менее 1-2 километров средний размер рыб намного меньше.

Клюет так хорошо, что большую часть рыбы приходится отпускать – уху на всю группу можно обеспечить минут за десять.

Поймать хариуса в озере Этерген несложно. Основные скопления эта рыба образует в устьях впадающих ручьев и ключей, у истоков соединяющей восточную и западную части озера протоки, а также в тихих местах самой этой протоки. Этим хариус значительно отличается от гольца, который в основном заселяет глубокий восточный плес озера Этерген. В этом районе практически не бывает рыболовов, поэтому хариусы не приобрели никакой осторожности, они активно бросаются почти на любые мушки. Клюет так хорошо, что большую часть рыбы приходится отпускать – уху на всю группу можно обеспечить минут за десять. Чуть опоздал с подсечкой, и рыба глубоко заглатывает мушку; такие «жадины» в основном и попадали в котелок. Ловить можно на любые сухие приманки подходящего размера. Лучше всего работали мушки на крючках от № 3 до № 5 по отечественной нумерации, с телом из оленьего меха или из плавучей «пенки». Особенно интересно ловить на те мушки, которые при подтягивании не ныряют, а скользят по воде. Такие приманки хорошо имитируют повадку взрослых ручейников, которые здесь намного более многочисленны по сравнению с поденками или веснянками. В отличие от поденки, ручейник не сидит на воде неподвижно, а сразу после приводнения бежит по поверхности, помогая себе крыльями. Поэтому мушка, как правило, не должна погружаться в воду; подача ее на поверхности с «бороздой» привлекает рыбу с большого расстояния. Сразу после приводнения приманки нужно начать выбирать шнур, так что мушка образует на воде хорошо заметный след. Когда мне приходилось ходить по озеру на лодке, я всегда ловил на «дорожку» — тащил за собой мушку на 20-25 метрах плавающего шнура. В западной, мелководной части озера Этерген поклевка хариуса на волочащуюся за лодкой приманку следовала каждые несколько минут.

Вытекающая из озера Этерген река Нонна вначале течет по плоскому дну широкого каньона с обрывистыми скальными берегами, она здесь быстрая, широкая и мелкая, со множеством торчащих из воды камней. В середине каньона есть заметный порог с перепадом около метра. Этот верхний участок может представлять значительные трудности для сплава при низком уровне воды в реке. Ниже долина реки расширяется, появляются наледи, протоки, острова с пойменным лесом и, конечно, заломы. Здесь тоже есть очень мелкие места, с трудом проходимые в малую воду. Километрах в 25 от озер мы подошли ко второму скалистому каньону. Заметных препятствий для сплава в каньоне нет, но зато входная шивера непосредственно перед этим каньоном нам хорошо запомнилась – мощная, с массой обливных валунов и высоким стоячим валом. Впрочем, для сплава по реке Иня основную опасность представляют не пороги и шиверы, а многочисленные участки «разбоев» с протоками и заломами.

В верхнем и среднем течении реки пасут свои стада оленеводы — эвены. Сейчас они получили реальные права на эту землю — значительная часть бассейна Ини принадлежит товариществу «Усчан». Как и сотни лет назад, оленеводы круглый год кочуют вслед за оленями. После развала совхозов пастухи оказались буквально брошенными в тайге и снова начали жить как в старину. Представьте себе караван из нескольких десятков вьючных оленей (аргиш), которые несут на себе всю семью оленеводов (включая грудных детей) и все их имущество. Перекочевка… И так каждые два-три дня в течение всего года. Так и хочется спросить: — «Какое, милые, у нас тысячелетье на дворе?»

Согласно поверьям местных жителей, у каждой реки есть хозяйка – «бабушка». Поэтому, если, например, при сплаве перевернулась лодка и утонул топор, они скажут — «Бабушка топор попросила». Эта легенда прижилась в нашей группе и стала основой для дежурных шуток, которые не всегда были веселыми. Очень уж неприятной для сплава и местами просто опасной оказалась Нонна ниже второго каньона. Уклон реки здесь достигает 6-8 метров на километр, а скорость течения в паводки в среднем составляет 11 километров в час, а в некоторых местах — до 15! А с паводком нам «повезло» – дожди шли чуть ли не каждый день. Река представляла собой белесо-мутную, ревущую массу несущейся воды, а за каждым поворотом можно было ожидать перегораживающие течение стволы снесенных деревьев. Вообще за 25 лет работы в экспедициях я не встречал столь опасной для сплава реки.

В среднем течении Иня сохраняет полугорный характер, и даже в низовьях она имеет довольно быстрое течение и галечное дно.

На пути от озер до устья крупного правого притока, реки Хейджан, нам пришлось трижды перетаскивать лодки и вещи на себе, чтобы обойти перекрывающие русло заломы. Еще одну группу сплошных заломов удалось миновать по узкой боковой протоке. Чтобы провести нагруженные лодки через мелководные перекаты, мы воспользовались старинным приемом подпруживания течения протоки куском брезента. (Я слышал, что этот способ использовал еще Ермак, когда переходил через Уральский хребет.) А что касается путешествия в целом, нам везло. За весь сплав только одна лодка попала на корягу, так что пришлось срочно ремонтировать борт, заделывать дырку длиной почти в метр. Да еще в районе устья реки Хейджан двигавшуюся первой лодку прижало к залому, затопило и протащило под ним. Капитан этой лодки, Кира, с полкилометра проплыла по реке, держась за перевернутое плавсредство. Но она оказалась молодцом: сумела зацепиться за отлогую косу и подтащить к ней лодку. Все вещи были упакованы в непромокаемые мешки и надежно привязаны к лодке, поэтому, кроме нескольких мелких предметов, ничего не пропало. Когда мы наконец прорубили проход через залом и доплыли до этой косы, Кира уже разгрузила лодку и разводила костер.

Непосредственно в этом месте Нонна сливается с Хейджаном и приобретает название «Иня». В тот вечер у нашего костра звучали шутки на тему «из царства бабушки Нонны мы попали во владения бабушки Ини, но Нонна решила напоследок показать свой нрав». Бабушка Иня оказалась намного более спокойной и «доброй» по сравнению со своей младшей сестрой. Река стала шире и еще полноводнее, а сплошных заломов на главных протоках уже не попадалось. Да и уклон русла несколько уменьшился, поэтому скорость течения несколько снизилась.

В среднем течении Иня сохраняет полугорный характер, и даже в низовьях она имеет довольно быстрое течение и галечное дно. В течение следующих дней сплава паводок постепенно спадал. Вода посветлела, и начала ловиться рыба. В реке Иня много кеты. Основная масса этих лососей уже давно зашли в пресную воду и имели темный брачный наряд, «свежих» серебристых рыб почти не попадалось. В тихих протоках и ключах, где были видны выходы грунтовых вод, самки с черной полосой на боку стояли на гнездах, а горбатые самцы с огромными зубами гонялись друг за другом в турнирных поединках.

На удочки часто попадались проходные гольцы – мальма и кунджа. Мальма здесь крупная – самки до полутора и самцы до трех килограммов не составляют редкости. Видно, что эту рыбу здесь никто не ловит – в населенных местах даже килограммовые гольцы попадаются не слишком часто. Половозрелая, готовая к нересту мальма в августе ловилась только в главном русле реки. В это время она движется в сторону нерестилищ, которые располагаются в основном в верхнем течении реки и ее небольших, быстрых притоках. Более мелкая неполовозрелая мальма часто попадалась в протоках, которые служат отстоями кеты и связаны с ее нерестилищами. Я ловил в основном на мушку, при этом лучше всего работали черные или яркие стримеры на крючках № 6-8, подаваемые в нижних слоях воды на плесах со средним течением. Из спиннинговых приманок мальму привлекают прежде всего вращающиеся блесны размеров 1 и 2 самых ярких расцветок. Но вообще клев морской мальмы до нереста не слишком активный – с середины-конца сентября она будет ловиться намного лучше.

Другой речной голец, кунджа, к сентябрю уже отнерестился и отъедается. В глубоких ямах и на заходах в старицы нам попадались крупные рыбы весом до 4 килограммов, все они имели остатки типичного для этого вида, темного брачного наряда. Кунджа чаще попадается на крупные темные стримеры, подаваемые в нижних слоях воды. Этот голец часто ловится на лососевую снасть при поиске кеты или кижуча. Что касается спиннинговых приманок, кунджа не отличается избирательностью и ловится на самые разные блесны и воблеры среднего и крупного размера. И мальму, и кунджу можно ловить и на «резину», но в наших краях этот класс приманок практически не распространен. В здешних реках рыбы пока еще много. Твистер, особенно ярких расцветок, быстро приходится заменять – ему приходится проходить «сквозь строй» стоящих на плесах сотен гольцов, так что у него есть большой риск лишиться хвоста уже на первой проводке. А уж встречу с зубами нерестовой кеты мало какой мягкой приманке удается пережить без серьезных повреждений.

В бассейне реки Иня водится типичный для Охотского района крупный сибирский хариус, относящийся к восточносибирскому подвиду. В отличие от других подвидов, на огромном спинном плавнике восточносибирского виден четкий рисунок в виде пяти-шести непрерывных полос. Хариус здесь крупный — средний вес в уловах на удочку составляет граммов пятьсот-семьсот. В то же время килограммовые рыбы ловятся не слишком часто, а уж гигантов на полтора-два килограмма и вовсе не попадалось. Это также типично для реки, где почти никто не рыбачит. Гигантские хариусы, по моим наблюдениям, водятся там, где есть некоторый пресс любительского вылова, то есть популяция разреживается и обеспеченность кормом оставшихся рыб возрастает. Ну, а если интенсивность вылова еще больше увеличивается, максимальные и средние размеры хариусов в уловах начинают быстро снижаться.
Рыбы удивили меня чрезвычайно сильным сопротивлением – оказалось, что в реке Иня они раза в полтора-два сильнее рыб того же веса из рек Западной Камчатки. Два пойманных самца весили 5 и 6 килограммов, каждого из них пришлось вываживать минут по 15

Был конец августа — время хода кижуча. Мне очень хотелось половить именно этого лосося. Для горбуши было поздно (ее нерест уже в основном закончился), нерка очень редко попадается на спортивные снасти, а кета в это время в основном «чернобурка». И вот 30 августа километрах в семидесяти от моря на плесе с небольшим течением мы увидели характерные всплески и выходы крупной рыбы на поверхность. Это был передовой косяк «свежего» кижуча; именно здесь мне удалось поймать первых серебристых лососей. Эти рыбы удивили меня чрезвычайно сильным сопротивлением – оказалось, что в реке Иня они раза в полтора-два сильнее рыб того же веса из рек Западной Камчатки. Два пойманных самца весили 5 и 6 килограммов, каждого из них пришлось вываживать минут по 15. А обычно такого кижуча, попавшегося на тяжелую нахлыстовую снасть, подводишь к берегу не больше чем через 5 минут. Так и должно быть – Иня имеет большой уклон и быстрое течение; для преодоления пути до мест размножения нужно иметь много силы. В целом здешний кижуч не слабее семги, хотя он, как правило, не имеет такой скорости броска.

В среднем течении река Иня раскинулась по широкой долине с плоским дном. Плоское дно долины покрыто путаницей больших и малых проток и стариц, которые разделяют поросшие роскошным пойменным лесом острова. Вся долина заполнена толстым слоем речных отложений – галечников, которые насыщены водой. Эта находящаяся под руслом реки вода тоже течет по уклону долины вниз, к морю. Этот подрусловой сток на многих реках может быть очень значительным. Например, в конце зимы в реке Анадырь под руслом течет больше воды, чем в русле… Текущая в гальке вода очень прозрачная и чистая – она прошла через многокилометровый природный фильтр. Эта вода выходит на дневную поверхность в старицах, протоках и просто в любых понижениях в долине реки. Температура воды в таких местах летом заметно ниже, а зимой – выше, чем в русле реки. Река в местах выходов подрусловых вод долго не замерзает, а лед здесь всегда слабый, непрочный. Именно в таких местах строят свои гнезда кета, нерка и кижуч. Инстинкт говорит рыбам, что здесь даже в самые сильные морозы икра здесь не промерзнет и не задохнется. Кстати, другие виды лососей, горбуша и чавыча, ищут места для нереста по другому принципу: они выбирают участки, где вода уходит в гальку. Поэтому нерестилища этих рыб всегда располагаются на перекатах в руслах рек.

В нижнем течении реки Иня построена комфортабельная база, куда раньше приезжали иностранные рыболовы. Но сейчас база заброшена – резкий спад в дальневосточном турбизнесе, который произошел в середине девяностых годов, ударил прежде всего по таким вот удаленным местам. Расположенные ближе к «цивилизации» рыболовные базы на реках Кухтуй и Охота, куда можно добраться на моторной лодке от аэропорта Охотск, пережили те трудные годы и сейчас вовсю работают.

Роскошные лиственничники по берегам реки постепенно сменялись редколесьем и марями. Больше стало туманов и пасмурных дней – мы приближались к Охотскому морю. Перед впадением в море Иня образует длинный лиман. В соединяющей лиман с морем протоке держится масса нерпы. При накате нерпы, как заядлые серфингисты, катаются на прибойных волнах. Вдоль морских кос пролетают огромные стаи улетающих на юг куличков. Осталось только дождаться катера, который заберет нас домой, в Магадан.

Михаил Скопец